Новости Осташкова

Пастырь добрый. Памяти архимандрита Вассиана.

Не стоит село без праведника. Не жив город, если духовно его не окормляет «пастырь добрый». Осташкову повезло: духовным наставником горожан на протяжении полувека был архимандрит Вассиан (Шуста).

Для осташей архимандрит Вассиан был неотъемлемой частью их бытия. С одной стороны, он, как духовная особа, пользовался безграничным уважением и доверием, с другой - это был просто родной, очень близкий человек. Практически всех нас он крестил, и многих – в сознательном возрасте, напутствовал в вероисканиях, поддерживал в дни отчаянья, сопереживал в горестях утраты. Были в служении Владимира Ивановича Шусты особые вехи, выделяющие его среди особ духовного звания.

Он родился в праздник Богоявления (19 января) 1928 года в Минской области, на несоветской тогда еще части Белоруссии. «Приходили люди «из Советов», рассказывали о грязных коровах в колхозных стойбищах. Не верилось - вплоть до прихода советских войск в 1939 году и установления колхозного строя». Семья была благочестивая, и юноша, не растленный атеистической пропагандой (в годы войны отношение властей к религии стало более терпимым), избрал для себя путь служения Богу, поступил в Минскую семинарию. Блестяще ее закончил и отправился в Ленинград, в духовную академию.

Молодому священнику сулили блестящую карьеру - служение в Смоленском храме на погосте, где покоится Ксения Блаженная. Но вмешалась судьба: до рукоположения Шуста поехал в гости к приятелю в Завидово. «Да что ты, говорит знакомый, будешь ждать? Давай-ка съездим в Калининскую епархию! А там очень быстро уговорили и назначили в приход. Так в ноябре 1955 года я стал настоятелем Вознесенского храма бывшего Знаменского монастыря в Осташкове…». Где и служил более 50 лет.

В храме, еще не вполне обустроенном после двадцатилетнего осквернения, находились мощи преподобного Нила. В 1928 году по указанию властей святыню перевезли из разоренной Нило-Столобенской обители в Знаменский монастырь. В марте 1947 года храм и мощи преподобного Нила были возвращены Церкви. За два года стараниями моло

дого настоятеля и паствы храм был расписан: «Успели. Вскоре началось хрущевское гонение на церковь, и было бы сложнее».

Батюшка неохотно вспоминает последующие годы. И только вскользь упоминает, как притеснения коснулись и его. Многократно вызывали на «ковер» в исполком и «в органы», устраивали обструкцию в местной газете: «Вдруг оказалось, что мощи Преподобного были переданы безо всякого документа. И меня стали представлять чуть ли не похитителем музейных ценностей. Не раз вопрос вставал об изъятии мощей. Но я нашел способ, как избежать этой напасти – утраты святыни (и возможно, уже навсегда – таких примеров немало)….». Какой способ – батюшка мне не сказал.

С незаурядными способностями, ревностно служащему священнику путь был не заказан для продвижения к высоким церковным санам, приходу поближе к столицам. И не всем он готов был сказать в ответ: а вы помните недавно прошедшие времена? В иных кабинетах ему говорили прямо: «Хочешь вырваться отсюда? В обмен на…» Не шел на сделку отец Владимир, потому так и остался в Осташкове. О чем нимало не сожалел.

-Были ли в Вашем многолетнем служении какие-то особенные события? – спрашивала я духовного наставника (наше большое последнее интервью состоялось в январе 2004 года).

- Служба у святых мощей преподобного Нила - это великая ответственность. Я знаю, что от святых мощей много было исцелений. Был свидетелем многих чудес. Будучи молодым священником, я не вел записей - в то время к этому относились крайне отрицательно. Но я все эти чудеса засвидетельствовал в душе своей.

Сподобил Господь отца Вассиана посетить Святую землю. «И даже дважды отслужил там Божественную литургию! – с гордостью вспоминал он. – А также проехал все места, связанные с земным путем Христа, и побывал в Египте, поднимался на Синайскую гору».

(Позволю сделать небольшое отступление. Сначала об этом путешествии Селигерского батюшки мы узнали через десятые уста от москвичей. Которые, как легенду, передавали рассказ о попавшем в сборную туристскую группу пожилом священнике, чем-то напоминавшем бога Саваофа. «Сколько же в нем энергии было! – говорили паломники. – И автобус не смел тронуться в путь без его благословения». Отец Вассиан смеется (он вообще был большой оптимист), дополняя легенду подробностями: о том, как контрабандно пронес через египетскую границу несколько бутылок вина, не предъявив никакого документа, о том, как, не рискнув спуститься своими ногами с той самой священной горы, водрузился на верблюда…).

В 1990 году Нило-Столобенская пустынь была возвращена Русской Православной Церкви, началось возрождение духовной жизни и восстановительные работы. Наместником – архимандритом был назначен отец Владимир, вскоре принявший монашеский постриг под именем Вассиан. На праздник Обретения мощей преподобного Нила стали устраиваться уникальные крестные ходы по Селигеру. А в 1995 году 9 июля крестным ходом, возглавляемым Святейшим Патриархом Алексием II, были перенесены мощи в Нило-Столобенскую пустынь – теперь уже навечно.

«Принимать архипастыря Церкви – величайшая честь для настоятеля провинциального храма и наместника монастыря. Но дело-то, разумеется, не в моей персоне, а в том особом месте в православии, которое занимает наш небесный заступник Нил Столобенский», - вспоминал про это событие отец Вассиан.

Ноша для священника была очень велика - в Ниловой пустыни царила мерзость запустения. Но находились добрые люди, в чьем сердце архимандрит Вассиан пробуждал готовность к жертвованию, организации, фонды. Мало-помалу, несмотря на кризисы и дефолты, монастырь восстанавливался.

«Мне больше всего ранят душу зияющие пустотой глазницы окон корпусов. Чаю в своей земной жизни увидеть, как обретут здания благообразный вид».

И, слава Богу, дожил…

До почтенных лет Всевышний давал своему ревностному служителю силы вести многочасовые службы в Вознесенской церкви, чуть ли не ежедневно навещать монастырь. А еще активно участвовать в общественной жизни города: по старой традиции ни одно большое дело здесь не совершалось без благословения отца Вассиана.

***

Оплакиваю отца Вассиана наравне с недавно ушедшей мамой. Знакомство с батюшкой было частью жизни, и не одной частью. Первая – детство: ведь выросла я под стенами Знаменского монастыря. Запах ладана, тянувшийся из храма, сопровождал наши детские игры, монастырский двор, заполненный паломниками в день Обретения, молодой отец Владимир…И старенькая баба Паша, подобравшая широченную юбку: «Батюшка отец Владимир, дайте я вам мотор-то помогу до лодки нести!» (вот смеху-то было!).

Благодарна судьбе, что на заре моей журналистской работы выпала честь взять у священника развернутое интервью «Светлый праздник Воскресения». А потом были встречи, статьи еще и еще. Два урока преподнес нам батюшка в один из майских предпобедных дней 1999-го. Ехали в Свапуще на перезахоронение останков советских солдат, было очень холодно. И по пути мы уговаривали отца Вассиана по возможности сократить чин отпевания: «На митинге много детей, они на ветру перемерзнут». Священник согласился. И – служил с особым тщанием, не сократив, а возможно, и присовокупив часть молитв к канону.

Сев в машину, мы батюшку укорили: «Ну обещали ведь…» «Да, грешный, пообещал! Да как же мы могли даже помыслить об этом! Ведь сколько они, положившие живот свой за други своя, за Родину, ждали нашего участия: чтобы обрести останки, отпустить души на покаяние! И дети, хоть и замерзли, да согреются. А вот суеты и показухи нам ни они, ни Господь не простят».

Не успел нам втолковать это, а машина еще не тронулась с места, как в дверь застучали, и какой-то очень нетрезвый мужик просил поговорить о чем-то серьезном. Без промедления отец Вассиан покинул теплую «Волгу» и минут пятнадцать на холодном ветру о чем-то беседовал с незнакомцем. И снова мы со спутниками ему попеняли: «Он же пьяный! Что на него времени столько тратить!». «Для меня нет достойных и недостойных. Это мой пастырский долг. А может, он только в этом состоянии и смог побороть свое смущение и обратиться к священнику? Дорогие мои, к теплому столу мы успеем. А вот ближнего поддержать, утешить или наставить – времени на это не надо жалеть…»

***

«Благодарю Бога, что он мне послал паству в лице осташей, имеющих исключительные традиции благочестия», - говорил Селигерский батюшка. А теперь они оплакивают его чистыми слезами, обращаются как к своему заступнику - теперь уже у Божиего престола.

Наталья НИКОЛАЕВА
19.02.2011
Поделиться